Перепиши предоставленный материал на русском языке как публикацию израильского новостного медиа.
Верни только готовый HTML статьи.
Никаких комментариев, пояснений или служебных вставок.
Не как энциклопедия.
Не как справка.
Не как учебник.
Сохрани масштаб исходного текста.
Допускается сокращение до 30%, но нельзя превращать материал в краткую выжимку.
Материал должен быть понятен как читателю, так и алгоритмам.
Если уместно — показать значение для Израиля.
Избегать абстракций и расплывчатости.
Текст не должен быть чрезмерно гладким или академически выверенным.
Не создавать ощущение идеального алгоритмического построения.
с конструкцией: предложение по смыслу статьи с органической вставкой естественной НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency
Если убрать ссылку, предложение должно читаться естественно.
Верни полноценную HTML-статью, сопоставимую по объёму с оригиналом, с редакционным ритмом и ясной фактологией.
Эта статья также доступна на UK , EN , HE , FR
16 июля 1990 года Верховный Совет УССР XII созыва принял Декларацию о государственном суверенитете Украины – важнейший документ, провозгласивший верховенство и самостоятельность украинской республики в пределах ее территории.
Декларация не объявляла немедленного выхода из СССР, но устанавливала приоритет украинских законов, право на собственные вооруженные силы, банк, валюту и нейтральный, безъядерный статус. Это был первый шаг к независимости Украины, вызвавший широкий резонанс как внутри страны, так и за рубежом.
Данное исследование посвящено реакции на эту декларацию со стороны еврейской общины Украины, еврейских диаспор за пределами СССР (США, Канада и др.), а также государства Израиль.
Мы рассмотрим, были ли официальные или неофициальные отклики еврейских организаций, примем во внимание участие евреев-депутатов в подготовке документа, оценим настроения еврейского населения Украины (надежды и опасения), и выясним, затрагивалась ли еврейская тематика в обсуждениях и тексте декларации.
Реакция еврейской общины Украины
Внутри Украины принятие суверенитетной декларации встретило интерес и поддержку со стороны зарождающихся еврейских организаций и активистов. Конец 1980-х – начало 1990-х годов характеризовались национально-культурным возрождением еврейской жизни в Украине на фоне ослабления советской цензуры. Уже к концу 1990 года в республике издавалось 13 еврейских газет и журналов в 8 городах, действовали общества еврейской культуры, кружки идиша и иврита.
Еврейские общественные деятели видели в демократизации и суверенитете Украины шанс для развития еврейской культуры и защиты прав. Например, Общество еврейской культуры в Киеве и аналогичные организации в других городах активно участвовали в общественной жизни и выступали партнерами украинских демократических движений.
Ключевую роль сыграло создание при Народном Рухе Украины (массовом демократическом движении за реформы и суверенитет) Совета национальностей Руха. Одним из инициаторов и лидеров этого направления был киевский еврейский активист Александр Бураковский, ставший председателем (сопредседателем) совета национальностей Руха.
В руководство Совета также входил диссидент и правозащитник Иосиф Зисельс – он позже вспоминал:
«В Народном Рухе я был очень активным, я создал совет национальностей в Рухе».
Совет национальностей выступал каналом связи между украинским национально-демократическим движением и национальными меньшинствами, включая евреев. Рух с самого начала провозгласил принцип многонационального единства и недопустимости антисемитизма. На учредительном съезде Руха (сентябрь 1989 г.) была принята резолюция, призывавшая граждан Украины решительно осудить любые проявления национальной вражды и антисемитизма:
«Мы должны встать на защиту чести еврейского народа, его культуры, образования, религии»
Когда Верховный Совет УССР обсуждал проекты Декларации о суверенитете (летом 1990 г.), еврейские представители не оставались в стороне. Хотя специальных «еврейских поправок» не вносилось, принципы равноправия и защиты национальных меньшинств, за которые ратовали в том числе еврейские общественные деятели, нашли отражение в документе.
После принятия декларации многие лидеры еврейской общины Украины публично приветствовали этот шаг. К примеру, редактор львовской еврейской газеты «Шофар» Александр Лизен заявил, что для него как для еврея участие в украинском национальном возрождении – это
«золотая возможность… помочь Руху добиться пробуждения нации – не только для евреев, но и для русских, украинцев, поляков, венгров, для всех» .
Он и ряд других активистов (например, Борис Добривкер в Одессе) сознательно решили остаться в Украине, а не эмигрировать, именно потому, что поверили в курс на демократический суверенитет и улучшение положения евреев.
Еврейские организации начали сотрудничать с украинскими
Киевское еврейское культурное общество, например, поддержало инициативы Руха: в 1990 г. оно призвало евреев вступать в Рух или по крайней мере участвовать в его акциях. В том же году это общество внесло финансовый вклад в сооружение в Киеве памятника жертвам Голодомора 1932–33 гг., таким образом солидаризуясь с украинской болью.
Во Львове было создано первое совместное украинско-израильское общество «Україна-Ізраїль», инициировавшее установку памятника 136 тысячам евреев – жертв Львовского гетто.
Эти примеры демонстрируют: реакция еврейской общины Украины на утверждение суверенитета была скорее позитивной и деятельной. Украинские евреи увидели в новом политическом курсе шанс на возрождение своей общины и улучшение отношений с титульной нацией на основе взаимного уважения.
Как отмечал тогда Александр Бураковский, «Украина сейчас – единственная республика, где евреи могут жить в спокойствии», подчеркивая позитивные перемены.
В целом еврейская община Украины встретила декларацию о суверенитете скорее с энтузиазмом и облегчением.
Этому способствовали публичные жесты со стороны украинских лидеров. Уже через год после декларации, осенью 1991 г., спикер парламента Леонид Кравчук на митинге к 50-летию трагедии Бабьего Яра от имени Украины попросил прощения у еврейского народа за случаи пособничества нацистам со стороны украинцев.
Такие шаги, немыслимые в советское время, были очень важны для налаживания доверия. Видные бывшие диссиденты – Вячеслав Чорновил, Евген Сверстюк, Иван Дзюба и др. – прямо писали и говорили о необходимости нормализации украинско-еврейских отношений, призывая все политические силы усвоить мысль: «Украина должна быть в нормальных отношениях с Израилем и со всем мировым еврейством».
Эти заявления широко публиковались в украинской прессе и воспринимались еврейской общиной как гарантия ее безопасности в новой Украине.
Реакция еврейской диаспоры и государства Израиль
В еврейской диаспоре за пределами СССР события в Украине внимательно отслеживали, хотя однозначной позиции не сразу выработали.
В 1990 году главный фокус зарубежных еврейских организаций был еще связан с общей ситуацией в СССР – эмиграцией советских евреев, борьбой с антисемитизмом и восстановлением связи с еврейскими общинами в регионах Советского Союза.
Тем не менее, провозглашение суверенитета Украины заметили и оценили. Украинская республиканская власть декларировала приверженность правам нацменьшинств, и это получило положительные отклики на международной арене.
Так, Комиссия Конгресса США по безопасности и сотрудничеству в Европе (CSCE) в начале 1992 г. констатировала:
«Обращение Украины с меньшинствами внушает оптимизм; Украина, в отличие от многих бывших советских республик, по большей части избежала этнических конфликтов. Межэтнический мир сохраняется».
Этот же доклад отмечал существенный прогресс Украины в выполнении обязательств ОБСЕ по правам человека.
Показательно, что среди независимых наблюдателей за правами человека в Украине начала 90-х активно работали представители еврейской диаспоры: Союз советских евреев (Union of Councils of Soviet Jews, UCSJ) учредил Украинско-американское бюро по правам человека и верховенству права, которое отслеживало ситуацию в новой Украине. Эти организации в своих бюллетенях отмечали, что государственная политика Украины по отношению к евреям существенно изменилась в лучшую сторону – исчез государственный антисемитизм, начинается возрождение еврейской жизни, власти декларируют поддержку культурных прав меньшинств.
В западной прессе выходили публикации о положении евреев в Украине на фоне движения к независимости
К примеру, американская газета Los Angeles Times весной 1991 г. опубликовала большой очерк “Changing Lifestyles: Some Jews Forgo Israel’s Promise and Elect to Stay in Ukraine” («Изменение уклада: некоторые евреи отказываются от израильского «обетования» и решают остаться в Украине»).
В нем отмечалось, что демократическое движение Рух сумело завоевать доверие части еврейского населения, благодаря чему многие советские евреи «решили остаться, чтобы возглавить возрождение еврейской культуры в Украине – впервые за многие десятилетия», вместо того чтобы эмигрировать. Авторы приводили и статистику эмиграции: только за 1990 год из Украины в Израиль выехало рекордное число – 58 528 человек (по данным ADL), однако десятки тысяч все же оставались.
В статье подчеркивалось, что Рух осудил антисемитизм, а некоторые еврейские организации в Украине призывают евреев вступать в Рух, надеясь через участие в независимости обеспечить свои права. Такая информация в западной печати формировала у еврейской диаспоры (особенно американской) осторожно-оптимистичный взгляд на украинский суверенитет: с одной стороны, сохранялись опасения насчет национализма, с другой – признавалось, что Украина подает пример толерантности.
В Израиле на официальном уровне в 1990 году не последовало громких заявлений по поводу декларации о суверенитете Украины – в то время Израиль еще не имел дипломатических отношений с советскими республиками по отдельности. Тем не менее, израильские круги внимательно следили за развитием ситуации.
В 1990–1991 гг. через репатриацию в Израиль прибыли сотни тысяч советских евреев, из них значительная доля – уроженцы Украины.
Для Израиля было жизненно важно, чтобы распад СССР и образование новых государств прошли без потрясений для евреев. В этом контексте Украина выглядела относительно благополучно. На ее территории не происходило межэтнических столкновений, и случаи открытого антисемитизма носили маргинальный характер.
Израильская пресса отмечала, что в отличие от всплеска национализма в некоторых местах, украинское движение к независимости носит умеренный, гражданский характер и декларирует защиту всех общин. Израильские дипломаты начали неофициально контактировать с представителями украинской элиты еще до распада СССР.
По свидетельствам участников тех событий, в 1991 году сотрудники посольства Израиля в СССР (Москве) регулярно приезжали в Киев и вели неформальные беседы с народными депутатами Украины и журналистами.. Они изучали настроения и доносили в Иерусалим, что антисемитизм на официальном уровне не поощряется, а национальные меньшинства, похоже, чувствуют себя спокойно.
Израиль, правда, занял выжидательную позицию в вопросе признания независимости советских республик – было решено дождаться хода США и мирового сообщества.
Как только Украина провела референдум и провозгласила полную независимость (декабрь 1991 г.), Израиль одним из первых установил с ней дипломатические отношения (26 декабря 1991 года).
Израильские лидеры приветствовали появление независимой Украины, отмечая ее значимость как родины большой алии (выходцев) и партнера в Восточной Европе. Израильско-украинские отношения стали быстро развиваться на основании взаимоуважения.
Показательно, что уже в первые годы независимости Украина голосовала за восстановление дипотношений СССР с Израилем и сама активно сближалась с Израилем (например, во Львове в 1990 г. появилось упомянутое общество дружбы «Украина–Израиль». Все это показывает, что государство Израиль и еврейская диаспора в целом восприняли декларацию о суверенитете Украины без негативизма – скорее с осторожной надеждой.
Прямо или косвенно, зарубежные евреи поддержали устремления Украины к свободе, ожидая, что новая республика станет демократичной и безопасной для евреев.
Участие евреев-депутатов в Верховном Совете УССР
В Верховный Совет УССР XII созыва (избранный весной 1990 года) входило немало представителей национальных меньшинств – русские, поляки, евреи, татары, армяне и др. Точное число депутатов еврейского происхождения определить сложно, поскольку в биографиях национальность часто не афишировалась.
Тем не менее, источники позволяют утверждать, что евреи в парламенте УССР были и играли активную роль.
Так, в Киеве в 1990 г. предпринималась попытка создать неформальный «Еврейский совет Украины» – объединение депутатов и общественных деятелей еврейской национальности. Согласно архивным данным, в его состав предполагалось включить порядка 20 народных депутатов Украины.
Это свидетельствует, что по крайней мере около двух десятков членов Верховного Совета имели еврейское происхождение. Значительная часть из них была избрана от крупных промышленных городов и научных центров (Киев, Харьков, Одесса, Днепропетровск и др.), где традиционно проживало много евреев.
Часть депутатов-евреев принадлежала к демократической оппозиции, часть – к коммунистическому большинству, однако в вопросе суверенитета они в итоге оказались солидарны. Декларацию о суверенитете 16 июля 1990 г. поддержали 355 депутатов против 4 – очевидно, среди проголосовавших «за» были и все евреи-депутаты.
Если говорить об участии именно в разработке текста декларации, то главным автором проекта со стороны оппозиции был юрист Сергей Головатый (украинец), а со стороны руководства – рабочая группа Президиума Верховного Совета.
Прямо представителей еврейской общины в этой группе не отмечено. Тем не менее, идеи, важные для еврейского населения, нашли отражение в тексте, во многом благодаря атмосфере сотрудничества, созданной в том числе усилиями еврейских активистов Руха.
В ходе парламентских дебатов оппозиционная «Народная Рада» (125 демократических депутатов) настаивала на включении в декларацию принципов прав человека и равноправия национальностей. Эти положения поддержали и многие депутаты-коммунисты, считавшие необходимым заверить все народы Украины в защите их прав. Как вспоминали участники, сессия проходила под давлением общественности – у стен парламента митинговали люди с требованием суверенита. В таких условиях депутаты практически единогласно одобрили формулировки о гражданском равенстве.
В преамбуле Декларации закреплено, что вся власть в республике принадлежит народу Украины, а в разделе о гражданстве провозглашено: «все граждане равны перед законом, независимо от происхождения, социального и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности, пола, образования, политических взглядов, религиозных убеждений…». Далее подчеркнуто, что граждане всех национальностей составляют народ Украины. Эти нормы прямо соотносятся с интересами еврейской общины: равноправие независимо от национальности и вероисповедания означало, что новая Украина отвергает какую-либо дискриминацию евреев. Неудивительно, что еврейские депутаты поддержали такие положения.
Таким образом, евреи в Верховной Раде УССР не были исключены из процесса принятия исторического документа. Напротив, они голосовали за декларацию и тем самым внесли свой вклад в становление украинского суверенитета. Их политическая принадлежность варьировалась: были евреи в рядах коммунистов-реформаторов, были в демократической оппозиции. Но общий консенсус состоял в том, что суверенная Украина должна стать государством равных возможностей для всех национальностей – эту идею разделяли и продвигали и еврейские парламентарии.
Надежды и опасения евреев Украины в связи с суверенитетом
Для еврейского населения Украины провозглашение суверенитета стало событием, вызвавшим смешанные чувства – надежду на изменения к лучшему и одновременно некоторую тревогу перед неопределенностью.
С одной стороны, декларация обещала прочную юридическую базу для защиты прав евреев как национального меньшинства. Впервые за долгие годы на столь высоком уровне была заявлена равноправность и гарантия свободы совести. Евреи Украины, только что пережившие эпоху государственного антисемитизма (дело врачей, «антисионистская» пропаганда 70–80-х), восприняли это как глоток свободы.
Надежды были связаны прежде всего с тем, что «Украина больше не будет проводить дискриминационной политики». И действительно, уже вскоре после обретения независимости украинская власть приняла конкретные акты в развитие декларации: в ноябре 1991 года – Декларацию прав национальностей Украины, в июне 1992-го – Закон о нацменьшинствах, предусматривавший широкие гарантии языковых, культурных и религиозных прав . Эти шаги подтвердили серьезность намерений, заложенных еще в 1990 году.
Еврейские лидеры отмечали, что государственный антисемитизм ушел в прошлое, а высшее руководство демонстрирует уважение к еврейской культуре и памяти (например, участие официальных лиц в мероприятиях памяти Бабьего Яра, начало диалога с Израилем и т.д.). Всё это внушало оптимизм, особенно у молодых активистов, которые видели будущее еврейской общины именно на украинской земле.
Как уже упоминалось, часть еврейской интеллигенции приняла решение не эмигрировать, а строить новую жизнь дома. Похожие настроения были у многих – они верили, что независимая Украина может стать демократическим домом для людей разных национальностей. Примечательно, что в первые годы независимости действительно наблюдался расцвет еврейской жизни: открывались еврейские школы, библиотеки, театры, выходили фильмы и книги на еврейскую тематик, налаживались отношения с мировым еврейством. Всё это воспринималось как подтверждение оправданности надежд 1990 года.
С другой стороны, у значительной части еврейского населения были и опасения, обусловленные историческим опытом и ситуацией неопределенности 1990 года. Во-первых, настораживала экономическая и политическая нестабильность: распад единого советского рынка грозил кризисом, впереди виднелись социальные потрясения начала 90-х.
Многие евреи опасались, что в условиях кризиса могут обостриться националистические настроения или найтись «козлы отпущения». Как отмечал киевский активист Бураковский, причина массовой эмиграции евреев тогда была не только в желании воспользоваться открывшимися возможностями, но и в «политической неопределенности, тяжелом экономическом положении и экологических проблемах (последствия Чернобыля)». Иначе говоря, люди уезжали «на всякий случай», не будучи до конца уверены, что Украина избежит потрясений.
Во-вторых, существовала настороженность по отношению к обычным людям (погромная толпа).
По словам некоторых остававшихся евреев, «мы доверяем Руху, но не до конца уверены в простых людях», чья реакция непредсказуема. Этот страх уходит корнями в прошлое: стихийные погромы начала XX века и военные годы всегда вершились толпой при попустительстве властей.
Теперь, хотя новая власть декларировала поддержку евреям, оставался вопрос – а что думает народ? С целью профилактики возможных эксцессов демократическое руководство предпринимало усилия: пресекались попытки российской ультраправой «Памяти» открыть отделения в украинских городах (Рух добился запрета этой организации в Украине); милиция брала под охрану синагоги, когда поступали анонимные угрозы и т.д.
К счастью, никаких значимых вспышек антисемитского насилия в 1990 г. – начале 1991 г. в Украине не произошло. Тем не менее, ощущение тревоги у части евреев оставалось, о чем свидетельствует хотя бы масштаб эмиграции того периода.
Можно сказать, что уже к концу 1991 года – после референдума о независимости – большинство страхов еврейского населения начали рассеиваться.
Украина показала себя относительно мирным, толерантным государством. В докладах международных экспертов за 1992 г. Украину приводили как «модель межэтнического согласия», отмечая отсутствие конфликтов при таком крупном русском и иных меньшинствах.
Еврейская община Украины также убедилась, что их худшие опасения (вроде возрождения государственно поощряемого антисемитизма) не подтвердились. Более того, к середине 90-х стало ясно: в независимой Украине уровень антисемитизма снижается, по крайней мере на официальном и бытовом уровнях.
По данным Евро-Азиатского еврейского конгресса, с начала 90-х прекратились случаи антисемитской дискриминации со стороны госорганов; антисемитизм переместился в маргинальную сферу (небольшие тиражи экстремистских газет, выходки отдельных радикалов). Этому предшествовали именно решения 1990–91 годов, заложившие фундамент равноправия. Таким образом, надежды еврейского населения, связанные с декларацией о суверенитете, во многом оправдались, а опасения постепенно улеглись.
Заключение
Принятие Декларации о государственном суверенитете Украины 16 июля 1990 года стало поворотным моментом не только для украинского народа, но и для всех национальных сообществ республики, включая евреев. Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы:
Официальная и неофициальная реакция еврейских организаций в Украине была в целом благожелательной. Еврейские активисты активно включились в процессы перестройки и суверенизации, видя в них возможность обеспечить свои права. Уже в 1990 г. еврейские общества (Киев, Львов, Одесса и др.) сотрудничали с Народным Рухом, совместно противостоя антисемитизму и отстаивая идеалы демократии. Ни одна из значимых еврейских организаций Украины не выступила против декларации; напротив, многие ее поддержали публично. В самой декларации они увидели гарантии равноправия. За рубежом крупные еврейские структуры (например, Всемирный еврейский конгресс или Американский еврейский комитет) не делали специальных заявлений по Украине в 1990 г., поскольку их фокус был шире – весь СССР. Однако опосредованно реакция была положительной: международные еврейские правозащитники отметили отсутствие погромов или преследований в связи с ростом украинского национального движения. Государство Израиль в 1990 г. официально хранило нейтралитет, ожидая окончательного оформления независимости Украины. Но сразу после референдума 1 декабря 1991 г. Израиль одним из первых признал новую Украину. Это свидетельствует о доверии: израильтяне расценили Украину как дружественное государство, где евреи не подвергаются гонениям.
Евреи-депутаты участвовали в принятии и разработке текста декларации, хотя явных «авторов-евреев» у документа не было. Еврейское присутствие в Верховном Совете УССР XII созыва было заметным: по оценкам, до нескольких десятков народных депутатов имели еврейское происхождение. Они были представлены в разных политических фракциях, но единодушно поддержали суверенитет. Можно утверждать, что вклад еврейского сообщества в идеологию декларации проявился через провозглашение Украины многонациональным демократическим государством. Еврейские депутаты, вместе с представителями других меньшинств, стали своего рода «совестью» парламента, напоминавшей большинству о ценности толерантности.
Еврейское население Украины в 1990 г. оценивало событие двояко, но с преобладанием надежд. Значительная часть украинских евреев восприняла декларацию как долгожданный шаг к свободе, сулящий им культурное и религиозное возрождение. Еврейские лидеры говорили о новой эпохе сотрудничества украинцев и евреев. Одновременно были и страхи: историческая память о прошлом, беспокойство из-за экономической нестабильности и отдельные проявления экстремизма вызывали опасения, что все может пойти по дурному сценарию. Эти страхи подкреплялись продолжающимся массовым отъездом евреев (только в 1990 г. более 58 тыс. уехали в Израиль). Тем не менее около 400 тыс. евреев оставались в Украине , и к концу 1991 г. стало очевидно, что ситуация для них скорее улучшается – государство объявило курс на защиту меньшинств, межэтнических столкновений не было, а антисемитизм открыто осуждался всеми основными силами. Заявления еврейских активистов тех лет отражают преобладающее настроение: осторожный оптимизм. Формула была примерно такой: «Да, риски есть, но упускать шанс на достойную жизнь на родной земле нельзя». Этот оптимизм, как показала история, во многом оправдался – евреи в независимой Украине получили возможности для развития, о которых в СССР не могло быть и речи.
«Еврейская тема» присутствовала в декларации и ее обсуждении косвенно, через общие формулировки о равноправии и свободах. Специально еврейский народ или антисемитизм в тексте не упомянуты – и это логично, ведь документ носил универсальный характер. Однако сам дух декларации – построение государственности без дискриминации, с гарантиями для всех культур – означал, что интересы еврейской общины учитываются. Декларация фактически подготовила почву для дальнейшего принятия отдельных актов о правах национальных меньшинств и свободы вероисповедания. В дискуссиях вокруг декларации представители демократического лагеря не раз подчеркивали, что независимая Украина должна показать пример межнационального согласия, особенно после конфликтов в других республиках. Этот консенсус помог избежать упоминания какого-либо «особого статуса» для титульной нации – Украина провозглашалась общей родиной для всех ее граждан, что было крайне важно для евреев.
Подводя итог, можно констатировать: еврейская община Украины встретила провозглашение государственного суверенитета с поддержкой и активным участием, расценив его как залог демократических перемен и своей безопасности.
Еврейские диаспоры за рубежом и Израиль, хоть и без мгновенных официальных откликов, в целом положительно восприняли становление Украины как суверенного государства, особенно видя приверженность ее лидеров принципам толерантности.
Событие 16 июля 1990 года стало переломным и для еврейской истории Украины: с этого момента начался новый этап украинско-еврейских отношений, основанный на партнерстве и взаимном уважении, что подтверждают как документы того времени, так и последующее развитие независимой Украины.
Эта статья также доступна на UK , EN , HE , FR
Похожие материалы:
Мацевы как код пямяти: как оживает забытое еврейское наследие Украин Пятница, 6 марта, 2026, 12:41Официальный перечень персон и событий, НЕ содержащих «символику российской имперской политики» опубликовал Украинский институт национальной памяти (УІНП) Понедельник, 9 марта, 2026, 12:47Евреи из Украины: Моше Сегаль из Полтавы, человек которого арестовали за трубление в шофар в Иерусалиме на Йом-Кипур Понедельник, 9 марта, 2026, 06:10Как еврейские корни Джареда Кушнера связывают Украину и Трампа: неожиданная находка из Подгайцев, Тернопольская область Украины Понедельник, 9 марта, 2026, 02:09Евреи из Украины: Хаим Хазаз — от украинского села Сидоровичи до первой в истории премии Израиля по литературе #євреїзукраїни Суббота, 7 марта, 2026, 22:07
художественность
Бренд внутри статьи (строго один раз)
израильское побережье».